Ехать с другом веселее

Дух и содержание картин Игоря Римашевского близки к понятию «городской фольклор» — в его сказочном, не «чернушном» варианте.

Черпая вдохновение в повседневной жизни, художник создает в пространстве холста свой город: одна из работ Игоря Римашевского так и называется — «Мой Минск». Подобное видение и для нас преображает городскую среду — часто казенную, холодную и неуютную, «утепляет» и одушевляет ее личным переживанием.

Перед холстами Игоря Римашевского словно глупеешь, впадаешь в детство и не замечаешь, как начинаешь улыбаться. Сразу хочется мороженого на палочке, яркий леденец, рогатку, несколько монет, увеличительное стекло, через которое можно разглядывать ярких букашек, травинки, читать мельчайшие надписи, изучать трещинки, перышки и еще тысячи тысяч мелких незаметных деталей.

Проводником по Минску в картинах Игоря часто бывает кот-баюн — близкий друг Луны, хозяин дворов и чердаков, живописных помоек и широких площадей, любимый герой и персонаж картин Римашевского. Холсты Игоря – яркие, декоративные, динамичные, полные эпизодов жизни горожан, подсмотренных с любовью и рассказанных с юмором – стилизация образованного художника под так называемый «примитив». Их кажущаяся «простота» далеко не наивна: крепкий профессиональный заквас (окончил в 1987 году монументальное отделение Белорусского государственного театрально-художественного института, на минуточку) чувствуется и в построении композиции, и в сложных ритмах декоративных мазков, и в интерпретации «лубочных» сюжетов.

«Всюду жизнь», — так называлась написанная еще в XIX веке одна из хрестоматийных картин русских передвижников. Так и у Римашевского: всюду жизнь — и под ногами гигантских памятников, и у подножия величественных колонн, и под кустом сирени городского сквера... Художник сознательно компенсирует своим творчеством сверхчеловеческую (внечеловеческую?) парадность архитектурной среды Города Солнца (см. нашу стр. за 17 января), спланированного когда-то таким образом, что горожанин (трудящийся, как тогда называли «простого» советского человека) мог перемещаться здесь либо на работу, либо на торжественные мероприятия и демонстрации, нигде особенно не задерживаясь. Приватных пространств для приватной жизни в архитектуре предусмотрено не было. Свидетели времени рассказывают, как в Минске открылась в конце 1980-х первая кофейня на два столика. Это незаметное в масштабах истории событие и было началом нового отношения горожан к самим себе и своей жизни.

Художник знает, что правда всегда именно в деталях, а потому и жалеть их для зрителей не надо. В точных нюансах Игорь Римашевский щедр и расточителен, как ребенок, которого любят и родители, и друзья.